Особенности психофизиологического состояния пострадавших в экстремальных ситуациях

Людмила Озерова

vzriv1

Чрезвычайные ситуации получают в современных социально-политических условиях все более широкое распространение. Все чаще взрослые и дети попадают в условия техногенных катастроф, стихийных бедствий, подвергаются насилию, становятся заложниками и жертвами терактов.

Чрезвычайная (экстремальная) ситуация (ЧС) – это обстановка на определенной территории, сложившаяся в результате аварии, опасного природного явления, катастрофы, стихийного или иного бедствия, которые могут повлечь за собой человеческие жертвы, ущерб здоровью людей или окружающей среде, значительные материальные потери и нарушение условий жизнедеятельности людей. Каждая ЧС имеет присущие только ей причины, особенности и характер развития.

В сознании человека экстремальные ситуации резко делят жизнь на «до» и «после». Оказавшиеся в экстремальных ситуациях люди проходят в своих психологических состояниях ряд этапов:

  • острый эмоциональный шок, который характеризуется общим психическим напряжением с преобладанием чувства отчаяния и страха при обостренном восприятии;
  • психофизиологическая демобилизация, существенное ухудшение самочувствия и психоэмоционального состояния с преобладанием чувства растерянности, панических реакций, понижением моральных норм поведения, уменьшением уровня эффективности деятельности и мотивации к ней, депрессивными тенденциями;
  • стадия разрешения, когда постепенно стабилизируется настроение и самочувствие, однако сохраняются пониженный эмоциональный фон и контакты с окружающими ограничены;
  • стадия восстановления, когда активизируется межличностное общение.

У переживших экстремальную ситуацию значительно снижается работоспособность, а также возрастает критическое отношение к своим возможностям.

М.М. Решетников выделяет в динамике состояния пострадавших, подвергшихся внезапному воздействию тех или иных экстремальных факторов, шесть последовательных стадий.

1. «Стадия витальных реакций» — длится от нескольких секунд до 5—15 минут,  когда поведение подчинено императиву сохранения собственной жизни, с характерными сужением сознания, редукцией моральных норм и ограничений, нарушениями восприятия временных интервалов и силы внешних и внутренних раздражителей (включая явления психогенной гипо- и аналгезии даже при травмах, сопровождающихся переломами костей, ранениях и ожогах 1—2-й степени до 40% поверхности тела).

В этот период характерны инстинктивные формы поведения, в последующем переходящих в кратковременное (с широкой вариативностью) состояние оцепенения. Длительность и выраженность витальных реакций  зависят от внезапности воздействия экстремального фактора.

2. «Стадия острого психоэмоционального шока с явлениями сверх мобилизации» (от 3 до 5 ч.). Характеризуется общим психическим напряжением, предельной мобилизацией психофизиологических резервов, обострением восприятия и увеличением скорости мыслительных процессов, проявлениями безрассудной смелости при одновременном снижении критической оценки ситуации, но сохранении способности к целесообразной деятельности. В эмоциональном состоянии преобладает чувство отчаяния, сопровождающееся ощущениями головокружения и головной боли, а также сердцебиением, сухостью во рту, жаждой и затрудненным дыханием. Поведение в этот период подчинено почти исключительно императиву спасения близких с последующей реализацией представлений о морали, профессиональном и служебном долге. В этот период проявляются панические реакции и заражение ими окружающих. Окончание этой стадии может быть как пролонгированным, с постепенным нарастанием чувства истощения, так и наступать внезапно, мгновенно, когда только что активно действующие люди оказывались в состоянии, близком к ступору или обмороку, вне зависимости от ситуации.

3. «Стадия психофизиологической демобилизации» (до 3 суток).

Характеризуется резким ухудшением самочувствия и психоэмоционального состояния с преобладанием чувства растерянности, панических реакций, понижением моральной нормативности поведения, отказом от какой-либо деятельности и мотивации к ней. Одновременно наблюдаются депрессивные тенденции, нарушения функций внимания и памяти. Ярко выражены бледность, потливость, тремор конечностей. Пострадавшие жалуются на тошноту, «тяжесть» в голове, дискомфорт со стороны желудочно-кишечного тракта, полное отсутствие аппетита, слабость, замедление и затруднение дыхания, вплоть до приступов удушья. Высока вероятность асоциального и антисоциального поведения, реализуемого в виде «тусклого» аффекта с признаками неадекватности оценки ситуации.

4. «Стадии разрешения» (от 3 до 12 суток). Период характеризуется пониженным эмоциональным фоном, ограничением контактов с окружающими, гипомимией, снижением интонационной окраски речи, замедленностью движений, нарушениями сна и аппетита, а также различные психосоматическими реакциями. К концу этого периода у большинства пострадавших появляется желание «выговориться» лицам, не являвшихся очевидцами трагических событий. Одновременно восстанавливаются сны, в том числе — тревожного и кошмарного содержания.

5. «Стадия восстановления» психофизиологического состояния (конец второй недели) Наиболее отчетливо проявляется в поведенческих реакциях: активизировалось межличностное общение, нормализации эмоциональной окраски речи и мимических реакций.

6. «Стадия отставленных реакций» (через месяц) у части пострадавших (12—22%) выявляются стойкие нарушения сна, немотивированные страхи, повторяющиеся кошмарные сновидения, навязчивости, бредово-галлюцинаторные состояния и некоторые другие, а признаки астено невротических реакций в сочетании с психосоматическими нарушениями деятельности желудочно-кишечного тракта, сердечно-сосудистой и эндокринной систем, может оцениваться как ОСР (острое стрессовое расстройство) или как манифестация начала ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство). Одновременно нарастают внутренняя и внешняя конфликтогенность.

vzriv2

Обращаясь к трагическим событиям в Беслане, следует признать, что тяжесть и динамика состояния пострадавших может быть существенно иной. Когда человек лишается родителей, мир пустеет, но, тем не менее, как это ни горько, — это соответствует обыденным представлениям и естественному ходу событий. Когда умирают дети, все краски мира меркнут на многие годы и десятилетия, а порой — навсегда.

Существует мнение о том, что происшествия природного происхождения люди обычно переживают гораздо легче, чем антропогенные. Такие стихийные бедствия как землетрясения, наводнения и пр. пострадавшие расценивают как «божью волю» либо действие безликой природы — тут ничего нельзя изменить.

Степень тяжести последствий стихийных бедствий в каждом случае необходимо оценивать индивидуально. Для одного человека — землетрясение, разрушение дома, эвакуация, смена места жительства может стать крахом всего, вызвать острые переживания и тяжелые отсроченные последствия, а для другого — лишь стать возможностью начать новую жизнь. А вот экстремальные ситуации антропогенного характера, настолько разрушительно действуют на личность, что не только дезорганизуют поведение человека, но и «взрывают» базовые структуры всей его личностной организации — образ мира. У человека разрушается привычная картина мира, а вместе с ней — вся система жизненных координат. Такие ситуации порождают, как у самих пострадавших, так и в социуме вообще, большое количество агрессивных реакций, тревожных, фобических расстройств.

Но невозможно однозначно поделить экстремальные ситуации по степени тяжести. Каждая ситуация имеет свою специфику и особенности, свои психические последствия для участников и свидетелей, и переживается каждым человеком индивидуально. Во многом, глубина этого переживания зависит от личности самого человека, его внутренних ресурсов, механизмов совладания.


Использованная литература:

1. Жбанова Д. «Применение метода расстановок в терапии травмы, обзор современных методов травматерапии», 2009.

2. Малкина-Пых И. Г. Психологическая помощь в кризисных ситуациях – М.: Изд-во Эксмо, 2005.

3. Психология кризисных и экстремальных ситуаций: психическая травматизация и ее последствия. Учебник/ Под ред. Н. С. Хрусталевой. СПбГУ, 2014.


usupova small

Людмила Озерова - психолог, руководитель научно-методического сектора ГБУ РБ РЦППМСП, экспертный член МОО РПП, президент регионального отделения МОО РПП в Республике Башкортостан