Опыт лечения анорексии
В последние годы особенно «помолодело» такое понятие, как «Расстройство пищевого поведения» (далее РПП). Чаше всего в моей практике встречаются такие проблемы, как булимия и анорексия. Вот о последней я и хочу повести речь в этой статье.
Почему же я обратилась именно к этой теме? Этому есть несколько причин: во-первых, с этой проблемой в последние годы гораздо чаще стали обращаться родители подростов в возрасте 8-12 лет. Во-вторых, в нашем регионе с этой проблемой практически не работают психологи, вследствие боязни, так называемой «точки невозврата», когда ребенка уже не удается спасти. У меня же накопился достаточно успешный опыт работы с анорексией, которым я и собираюсь с вами поделиться.
В отличие от «осознанных» взрослых, которые обращаются к специалисту-психологу, понимая, что у них существует проблема, либо просто чувствуя необходимость помощи, желания детей, как правило, никто не спрашивает. Их просто приводят, что называется «за руку». В следствии этого дети в основном закрыты, настроены негативно, так как в силу возраста еще не понимают опасности своего поведения. Оказывают активное сопротивление специалисту, активно отстаивая свою выбранную позицию «не есть».
Пример: приходили ребята, которые молчали, девочка сидела на самом кончике кресла, на предложение пересесть на стул согласилась, но так же присела на самый краешек, был и ребенок, который просидел всю первую встречу закрывшись от меня рюкзаком.
Что я делаю в подобном случае:
– Первая встреча, как правило, проходит со всей семьей вместе, где мы знакомимся и договариваемся о том, что терапия ребенка – это всегда терапия всей семьи. Потому что изменения могут произойти лишь в том случае, если мы будем работать все вместе в сотрудничестве. И попадая из кабинета психолога домой, ребенок так же должен почувствовать изменения.
Так же необходимо проинформировать родителей о том, что этап восстановление ребенка с анорексией дело достаточно долговременное (я большой поборник краткосрочных методов лечения, но эта проблема лежит в другой сфере). А также о том, что через несколько сеансов они не получат «пушистого Винни-пуха», и будет большим успехом, если нам удастся зафиксировать стабильный вес (некоторое время даже начав полноценно питаться, ребенок все еще может терять вес, так как ослабленный организм будет восполнять утрату), а далее начать прибавлять по несколько грамм.
– Важно понимать, что ребенок с анорексией должен постоянно находиться под наблюдением врача. Необходимо контролировать вес, изменение состава мочи и крови, состояния внутренних органов, назначения специальной диеты и прочее. Психолог в этом случае может дать только общие рекомендации, поэтому важно такое сотрудничество, иногда включая и помощь врача-психиатра (по необходимости).
– После этого я приступаю к основному этапу нашей работы. Этапу установления Раппорта. Поясню, почему именно этот этап я считаю наиболее важным, и почему именно этот этап занимает больше всего времени в терапии. Здесь речь пойдет не об установлении контакта, когда подросток слушает взрослого и выполняет задания «потому что так надо или его заставили». А о том взаимном доверительном отношении, когда мы с ребенком становимся близкими друг другу, он начинает по настоящему доверять специалисту, ему самому становится интересно происходящее, и на сеансы он приходит уже не по принуждению, а по искреннему желанию.
Итак, мы начинаем знакомиться. Хорошо, если ребенок готов рассказать о себе, проблеме, семье, своих интересах… А если нет? И он сидит молчаливый и закрытый? Тогда я начинаю «вещать в режиме радио» на разные темы (в зависимости от возраста), не касаясь и не затрагивая основной проблемы (чтобы не травмировать, он еще не готов). При этом я постоянно наблюдаю за реакцией на мои слова – нет интереса, сразу меняю тему, вижу хотя бы легкую заинтересованность, развиваю тему, втягивая ребенка в разговор.
Например:
– А у меня дома кот и собака, а у тебя есть питомцы?
– Да, у меня кот…
– А мой кот сегодня такое натворил… (следует веселая короткая история)
– А мой кот… (далее меняем тему и ребенок уже более открыт, пока дело не касается «болевых точек», с ними работаем отдельно, бережно, чтобы «не спугнуть» начинающиеся налаживаться отношения).
Чтобы сопоставить свои личные наблюдения с научным подходом, и для документальной составлявшей процесса, каждого ребенка я обязательно тестирую.
Для тестирования чаще всего использую методики: экспериментально-психологические на исследование личности (Методика «Прогрессивные Матрицы Дж. Равена» детский вариант, Опросник Леонгарда – Смишека, Тест Тулуз-Пьерона, изучение свойств внимания, Тест Кеттелла-Ясюковой, детский 12-факторный опросник 16-факторный подростковый, Шкала личностной и ситуативной тревоги Спилбергера – Ханина, Шкала депрессии А. Т. Бека). Проективные методики: («Рисунок семьи», «ДДЧ» (Дом, Дерево, Человек), «Несуществующее животное), другие методики по необходимости.
Но случается и так, что ребенок по какой-то причине не может объяснить, что его тревожит (боится, стесняется, недопонимает…). Тогда нам на помощь приходит такой замечательный метод, как «Сказкотерапия». Мы вместе с ребенком начинаем придумывать историю, сказку.
В процессе я провоцирую:
– Ну как же так, два мальчика в школе подрались, так не бывает, ребята в классе всегда дружат!
– Нет, Вы не понимаете, они подрались, я тоже так с одним мальчиком… (далее следует настоящая история, которая и тревожила подростка).
На самом деле, наша основная задача найти причину, то самое первое зерно, которое и породило эту страшную болезнь - анорексию и подхлестнуло ребенка отказаться от нормального приема пищи. А причины, как показывает практика, зарыты очень и очень глубоко.
Пример:
Девочка 10-ти лет, спортсменка, красавица, почему-то решила, что ее не любит мама (мама дочку обожает, как и отец, вполне благополучная семья). И единственным «близким существом» в семье считала кота. Однажды кота понесли к ветеринару на кастрацию, ребенок не разобравшись в силу возраста решил, что кот умирает, и теперь у нее может не остаться «близких». А чтобы «ее полюбили» остальные члены семьи, нужно стать красивее, стройнее, и т.д. Казалось бы, где кот, а где анорексия.
Другой случай:
Девочка 8 лет, о которой я писала выше (сидела на краешке стула), там вдобавок присутствовал большой невроз, она приходила на сеансы с большой стопкой бумажных полотенец, сложенных как салфетки и почти не могла говорить, произносила с трудом отдельные слова и короткие фразы, при этом у девочки было большое слюноотделение, ей трудно было глотать. Наша первая победа случилась, когда ребенок впервые пришел в кабинет, и как котенок, забралась с ногами на кресло. Я готова была хлопать в ладоши от радости. Пачка салфеток также уменьшалась, и постепенно совсем исчезла, а разговаривали мы уже вполне спокойно.
Ребенок, который сидел закрывшись от меня рюкзаком, порывался весь сеанс убежать. Топал ногами, возмущался, что больше не придет. На что я «строго» сказала, что не могу его отпустить самого, пока не вернется мама. В присутствии мамы, я опять «строго» проговорила:
– Представь, что ты на уроке, я запру дверь и отпущу тебя только через час.
– Нет, уроки 40 минут! – кричит и топает ногами.
– 40 минут, в полярную ночь, а сейчас весна, значит 45!
– Ну ладно, 45, – недовольно соглашается.
– Мама, вы понимаете, что сейчас происходит? – спрашиваю я.
– Нет… а что происходит?
– Мы договариваемся! – смеюсь я, – 15 минут назад ребенок заявлял, что больше никогда сюда не придет!
Далее все было хорошо, мы подружились, написали вместе несколько сказок и решили проблему ребенка совместно.
Особая категория детей – дети-спортсмены. Они со всем, каким только возможно, олимпийским «настроем на победу», приученные к преодолению трудностей «берутся за дело».
Здесь, конечно, большое, зачастую негативное влияние оказывают тренеры. Так, например, у меня было несколько девочек от такого «педагога». Требование снизить вес, доведенное до абсолюта. В этом случае мне снова помогла провокация. Пройдя стадию раппорта, и выяснив что «все дело в красоте», (а ребенок к этому моменту был изрядно истощен, потеря в весе более 30 кг у и так достаточно стройной девочки), я показала своей юной клиентке фотографии из немецких концлагерей времен ВОВ...
– Посмотри на фотографии, как ты считаешь, эти люди красивые?
– Нет…
– Но они стали такими не по своей воле, подойди к зеркалу, посмотри внимательно, ты ведь выглядишь именно так, только одета более красиво…
Такой первый взгляд на себя со стороны порой шокирует, но в нашем случае это зачастую именно то, что нужно.
А еще на протяжении всех встреч мы постоянно говорим, что же такое есть для нас еда: источник жизни, источник нашей красоты, нашего здоровья. А еще еда – это источник радости, наслаждения и удовольствия, и тут важно отметить момент, когда именно ребенок получать это удовольствие перестал.
На этой стадии я приглашаю на встречу родителей. Иногда обоих вместе, иногда по отдельности, в зависимости от взаимоотношений в семье. Здесь важно разобраться в том, какое отношение к еде было у ребенка с детства – пичкали ли его насильно, пытались ли соблюдать диеты, ограничивали ли в каких-то блюдах, были ли на что-то запреты. И что в конце концов любит ли есть ребенок, либо ранее любил (ла).
В процессе терапии я рекомендую (конечно, учитывая состояние здоровья ребенка), разрешать ему (ей) кушать без исключения все, что только захочется. Купить красивую посуду. Хотя бы только комплект для ребенка, пусть он (она) сами выберут ту, что особенно понравится. Купить по тому же принципу красивый ланч-бокс, чтобы брать с собой перекусы в школу или секцию. Пусть это будет горсть сухофруктов, орешков, шоколадка, питьевой йогурт, или что-то иное, чем может поддержать силы ребенок. Пить побольше воды и убрать с глаз весы если ребенок чересчур озабочен своим весом.
Необходимо объяснить, что «прибавленные» 100 г., это вовсе «не жир», а стакан воды, выпитый за обедом, и вскоре он выйдет естественным путем, по этой причине бесконечно взвешиваться и нервничать не стоит, а стоит как раз-таки переключить свое внимание на некую другую интересную деятельность, коей вокруг немало.
Для девочек, стремящихся к «совершенной красоте», я предлагаю посмотреть (как правило – это домашнее задание) фотографии мировых звезд театра и кино из разных стран. Если посмотреть на эти фото внимательно мы замечаем, что канонических красавиц среди них нет ни одной, но «поданы нам», «показывают себя» и держатся эти женщины, как непревзойденные красавицы, и мы их именно так и воспринимаем. Значит мы с ребенком находим вместе ту линию поведения, когда твоя красота никак не зависит от цифры на весах.
В наш курс входит и рассказ о полезных веществах в различных продуктах – витаминах, минералах, антиоксидантах и т.д. Зачем они вообще нужны, и как их недостаток влияет на нашу женскую (мужскую) красоту, энергию, силу. А эта красота настолько хрупка, что порой вернуть утраченное бывает намного сложнее чем потерять.
Процесс терапии никогда не бывает одинаковым, каждая семья индивидуальна и требует своего подхода. Каждый ребенок уникален, и ты никогда не знаешь, как глубоко «зарыты» истинные корни его проблем.
Поэтому нет единственно правильной модели лечения. Я использую НЛП, Роджерианский подход, Транзактный анализ, Юнгианский психоанализ, Теорию о личной силе и власти Альфреда Адлера, Телесно-ориентированную терапию, Милтон-модель, Гештальт-терапию, Когнитивно-поведенческую терапию, Арт-терапию, Сказкотерапию.
В этой статье я отразила лишь малую часть такой большой и серьезной проблемы как РПП. Но очень надеюсь, что опыт работы окажется для коллег полезным.
Инна Воронова - Президент регионального отделения МОО РПП в г. Мурманск, Председатель комитета по работе со СМИ МОО РПП