Эссе-путеводитель по началу всего
Наверняка, вы не помните это чувство. Потому что это не то, о котором можно рассказать словами. То, которое живёт где-то глубже. В теле. В том, как вы дышите, когда просыпаетесь от кошмара. В том, как замираете, когда слышите шаги за спиной. В том, как ищете чей-то взгляд, когда вам страшно.
Это чувство родилось в тот самый момент, когда вы впервые встретились с миром. Когда привычное исчезло. Когда не было ни слов, ни стратегий, ни понимания - только беспомощность и первое дыхание.
Психологи называют это кризисом рождения. И это - не метафора. Это - точка отсчёта всей вашей жизни. Первая буква U, которую вы начертили своим телом, не зная ни букв, ни языка, ни того, что вы вообще её чертите.
Давайте посмотрим на эту букву вместе. Медленно. Как рассматривают старую фотографию, на которой ещё не разобрали лиц.
Слепая зона. До начала
До рождения вы не знали, что вы - это вы. Вы жили в пространстве, которое не имело границ. В тепле. В ритме. В звуке, который узнавали раньше, чем научились слышать. Вы не знали голода, потому что еда приходила сама. Вы не знали холода, потому что температура была всегда одной. Вы не знали одиночества, потому что не знали себя.
Это не было счастьем. Это было - просто бытием. Внутриутробным существованием, которое не требует вопросов, потому что у него нет слов.
Это - фаза загрузки, как сказал бы Отто Шармер. Состояние, в котором всё работает, все ответы есть, все стратегии известны. И кажется, что так будет всегда.
Но система готовится к переходу. Где-то там, за пределами вашего неведения, начинаются схватки. Мир, который был домом, становится тесен. Давление меняется. Что-то происходит, чего вы не можете объяснить, но это уже чувствуете телом. Вы вступаете в первую фазу U - нарастающее напряжение. Подробнее о кризисах рождения – о матрицах Грофа читайте в дзен канале Матрицы Грофа - невидимые сценарии. Как наше рождение управляет нашей жизнью | AOM_CLub | Дзен
Вы ещё не знаете, что это - начало конца. Вы знаете только, что привычное больше не работает.
Первая встреча с неизвестным. Роды
Психологи, которые изучали этот переход, называют его самым резким кризисом в жизни человека. И это не преувеличение. Лев Выготский, наблюдая за младенцами, заметил парадокс: ребёнок - самое социальное существо из всех, потому что без взрослого он не может выжить. Но при этом у него нет никаких средств общения. Ни речи, ни жестов, ни даже осознанной улыбки. Он - полностью беспомощен. И полностью зависим.
Это - точка дна U.
В теории Шармера это момент, когда старые стратегии перестают работать окончательно. В случае рождения это выглядит как прохождение через родовые пути. Сжатие. Давление. Потеря всего, что было. Смерть старого мира. И одновременно - первый вдох.
Вы не помните его. Но ваше тело помнит. Этот момент, когда лёгкие, никогда не знавшие воздуха, раскрываются. Когда кислород входит в кровь. Когда вы кричите - первый раз. Не от боли. От того, что вы есть. Что вы дышите. Что вы - отдельное существо, которое только что начало своё собственное существование. Карл Юнг называл этот момент архетипическим. Рождение как метафора любого перехода. Смерть старого и рождение нового, которые происходят одновременно.
На дне U. Фаза отпускания
Теперь вы - вне. Вне привычного. Вне тепла. Вне ритма материнского сердца, которое было вам домом. Вы лежите на руках у кого-то, кого ещё не знаете, но чей голос узнаёте. Вы не знаете, что такое «я» и что такое «ты». Вы не знаете, что есть мир и что есть кто-то, кто держит вас в этом мире. Но вы чувствуете. Тепло. Прикосновение. Дыхание. Присутствие. И именно здесь, на дне U, в этой полной беспомощности, происходит то, что определит всё.
Выготский назвал это феноменом «пра-мы». Первичное психическое единство младенца и матери. Состояние, в котором вы ещё не отделяете себя от неё. Вы - часть «мы». Не в смысле «мы вместе», а в смысле «мы - одно». Ещё не разъединённое. Ещё не знающее границ.
В этом «пра-мы» нет слов. Только опыт. Только повторяющийся цикл: нужда - крик - приход. Дискомфорт - плач - утешение. Холод - слёзы - тепло.
И в этом цикле рождается первое. Базовое доверие или базовое недоверие. Так описал этот кризис Эрик Эриксон. Если на крик отвечают - мир добр. Если тепло приходит - мир безопасен. Если ты есть, и тебя видят - ты имеешь право быть. Если нет - мир становится вопросом: «Есть ли мне место?»
Отпускание и позволение прийти
На дне U происходит то, что Шармер называет презенсингом. Состояние, когда старые структуры распущены, а новые ещё не появились. Когда вы не действуете из привычного «я», а позволяете чему-то новому проявиться через вас.
В кризисе рождения это выглядит как появление комплекса оживления. Первая осознанная улыбка. Не рефлекс. Не газы. А ответ. Узнавание. Когда вы смотрите на лицо матери и впервые видите в нём другого. И улыбаетесь. Не потому, что сыты. Не потому, что в тепле. А потому, что она есть. И вы есть. И вы - вместе.
В этой улыбке - разрешение кризиса. Джон Боулби, создатель теории привязанности, говорил о том же, но другими словами. Если в момент падения рядом есть кто-то, кто не отвернулся, - падение становится опорой. Если никого нет - падение становится травмой на всю жизнь. В этой улыбке - первое «да» миру.
Подъём. Прототипирование новой жизни
Кризис рождения завершается не в родзале. Он завершается постепенно, в первые месяцы жизни. Когда «пра-мы» начинает распадаться. Когда вы начинаете замечать, что вы - отдельный. Что есть вы, а есть - не-вы. Что можно отползти, отойти, отвернуться.
Это - следующий этап U. Кристаллизация нового состояния. Вы начинаете пробовать быть собой. Сначала - в младенческих движениях, в первых попытках сесть, встать, взять предмет. Потом - в первом «нет». Потом - в первом «я сам». Выготский назвал этот процесс врастанием в культуру. Юнг - индивидуацией. Боулби - формированием безопасной привязанности. А Шармер назвал бы это воплощением. Когда новое перестаёт быть идеей и становится практикой. Когда новорождённый перестаёт быть просто биологическим существом и становится человеком - тем, кто уже способен на встречу.
Что остаётся после первого кризиса
Кризис рождения не проходит бесследно. Он остаётся в теле. В том, как вы дышите, когда испуганы. В том, как ищете глазами того, кто может держать, когда вам тяжело. В том, как доверяете - или не доверяете - новым лицам, новым ситуациям, новой жизни. Виктор Франкл говорил о смысле как о том, что можно найти даже в самых крайних обстоятельствах. Но первый смысл, который вы нашли, - это смысл вашего собственного существования. Вы родились. И в этом факте уже содержится вопрос: «Для чего?»
Ответ на этот вопрос - не в словах. Он в том, что произошло на дне U. В том, встретили ли вас. Или вы встретили тишину. Карл Роджерс сказал бы, что безусловное принятие в первые моменты жизни создаёт основу для самоактуализации. Если вас приняли - вы сможете стать собой. Если нет - будете искать себя в чужих глазах, в чужих ролях, в чужих сценариях.
И всё же. Весна приходит. Даже если первый кризис был трудным. Даже если на крик не ответили. Даже если мир не был безопасным.
Весна приходит внезапно. Вы идёте по улице, смотрите под ноги, и вдруг замечаете - день стал длиннее. Солнце - теплее. Снег превратился в ручей, который бежит и торопится жить. Вы смотрите на голые ветки - и видите почки. Они были там всегда. Просто вы не замечали.
Так и доверие. Оно может быть пережито заново. Не в том же самом контексте. Не с теми же самыми людьми. Но с кем-то, кто готов быть рядом, когда вы падаете. С кем-то, кто не боится вашей беспомощности. С кем-то, кто говорит - не словами, а присутствием: «Я здесь. Ты не один».
И тогда - вы делаете новый вдох. Как в тот самый первый раз.
Вместо послесловия
Мы прошли букву U. От слепой зоны - к дну. От дна - к новой жизни. От рождения - к первой встрече. От первой встречи - к тому, что мы называем доверием. Но путь не заканчивается. Потому что каждый новый кризис - это новый спуск по этой же букве. Новая возможность отпустить и позволить прийти. Новый шанс родиться заново.
Теперь, когда мы знаем структуру, мы можем идти дальше. К кризису одного года. К трём годам. К семи. К тринадцати. К тридцати. К сорока. К пятидесяти. Каждый из них - как зима. А каждая зима заканчивается весной.
Этот текст - очередная дверь в нашем разговоре о кризисах в жизни человека.
И мы готовы идти дальше.
Мир всем!
Ника Анисимова - травматерапевт, телесный терапевт, системный семейный терапевт, супервизор различных модальностей, расстановщик. Основатель Академии Образного Моделирования. Опыт работы в области практической и научной психологии более 25 лет. Член ОППЛ, автор тренингов, книг, различных проектов, как профессиональных, так и творческих, как в России так и за рубежом, г. Москва