Инна Силенок

Продолжая разговор о работе с возражениями в кризисной психотерапии, перейдем к лингвистическому компоненту, без которого работы с возражениями не провести, как, впрочем, и без двух других векторов, на которые мы опираемся. Первые две части статьи можно прочитать, пройдя по ссылкам: https://psygazeta.ru/rubriki/krizisnaya-psikhologiya-i-psikhoterapiya/3203-rabota-s-vozrazheniyami-v-krizisnoj-psikhoterapii-chast-1.html и https://psygazeta.ru/rubriki/krizisnaya-psikhologiya-i-psikhoterapiya/3228-rabota-s-vozrazheniyami-v-krizisnoj-psikhoterapii-chast-2.html

Инна Силенок

Как я уже писала неделю назад, https://psygazeta.ru/rubriki/krizisnaya-psikhologiya-i-psikhoterapiya/3203-rabota-s-vozrazheniyami-v-krizisnoj-psikhoterapii-chast-1.html при работе с психологической травмой и с психологической проблемой мы часто встречаемся с сопротивлением клиента. Для успешной работы с возражениями клиента при снятии психологической травмы и при работе с его психологической проблемой мы опираемся на три основных вектора:

Инна Силенок

При работе с психологической травмой и с психологической проблемой мы часто встречаемся с сопротивлением клиента. Оно может возникать на разных этапах работы и создает нам трудности, вызывает усталость и даже выгорание. Сопротивление клиента проявляется в его возражениях, которые могут быть им озвучены, или в молчании и закрытой позе, скептическом или унылом выражении лица, или в одиозном поведении. Это мешает нашей работе, мы таких клиентов начинаем причислять к разряду трудных. И это усугубляет ситуацию.

Инна Силенок

Круглый стол с депутатом Госдумы Кузнецовым Эдуардом Анатольнвичем. 11 мая 2023 года

Уважаемые читатели! Представляю вашему вниманию мой доклад на встрече депутата Государственной Думы РФ Кузнецова Э.А. с представителями некоммерческих организаций, занимающихся медико-психологической реабилитацией военнослужащих, ветеранов боевых действий и членов их семей. Тема встречи - обсуждение проекта Закона о поддержке НКО, занимающих медико-психологической реабилитацией военнослужащих, ветеранов боевых действий и членов их семей.

Инна Силенок

Как мы говорили в первых двух частях этой статьи, важно замотивировать членов семьи, побывавших в условиях военных действий, на работу с психологической травмой. Для этого нужно, чтобы они осознали, что у них есть травма, а возможно уже и ПТСР – посттравматической стрессовое расстройство. Чтобы они убедились в наличии у себя симптомов психологической травмы, мы делаем упражнение, называя медленно по одному симптомы, предложив подумать о том, проявляется ли какой-то из названных симптомов у клиента.

Инна Силенок

Как мы говорили в первой части этой статьи https://psygazeta.ru/rubriki/krizisnaya-psikhologiya-i-psikhoterapiya/2939-psikhologicheskaya-pomoshch-semyam-pobyvavshim-v-usloviyakh-voennykh-dejstvij.html, нам необходимо замотивировать членов семьи, побывавших в условиях военных действий, на работу с психологической травмой. Для этого необходимо, чтобы они осознали, что у них есть травма, а возможно уже и ПТСР – посттравматической стрессовое расстройство.

Инна Силенок

Чаще всего люди, побывавшие в условиях боевых действий, попадают на прием к психологу спустя достаточно продолжительное время после того, как перенесли травмирующую ситуацию. Проходит полгода, год, несколько лет. Жизнь сильно поменялась, симптомы травмы не осознавались с одной стороны, с другой стороны субъект психологической травмы, чувствуя у себя различные нарушения сна, пищевого и другого поведения, самочувствия, себе привык объяснять, что после пережитого по-другому и быть не может. В результате на момент визита к психологу психологическая травма уже перешла в посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР). Работать с ним дольше и сложнее.

Инна Силенок

Сейчас тема снятия психологической травмы звучит постоянно не только в психологических кругах. К травмированным потерей близких и ухудшением состояния здоровья после несколько раз перенесенного ковида-19, добавились еще несколько категорий граждан, получивших психологическую травму: раненные бойцы, беженцы, эвакуированные, люди, живущие под постоянными обстрелами в приграничных зонах, члены семей военнослужащих: как мобилизованных так и служащих по контракту, учителя в школах, где дети как зеркало транслируют психоэмоциональное состояние родителей, врачи, получившие нечеловеческие нагрузки с постоянной угрозой жизни и здоровью на пике пандемии… Список категорий людей, получивших психологическую травму, можно продолжать бесконечно.